Digital-акын — модель поведения автора в интернете, которая основана на импровизации. Когда Digital-акын создает статусы или личные сообщения, он полностью импровизирует, реагируя на какие-либо явления в обществе или на обстановку в информационном пространстве.

В местах публикаций стихийно создаются своего рода состязания акынов. Во время состязания акыны, забавляя народ, стараются отличиться или высмеять друг друга на любую произвольную тему. Инструментом для голосования являются лайки или комментарии, которые определяют меру внимания зрителей.

Скоротечный характер искусства акынов не позволяет сохранить произведения, так что большая часть творчества акынов остается потерянной или забытой в новостной ленте, если не находится журналист или этнограф, тщательно записывающий их словесное творчество.

В личных сообщениях акыны ведут бесконечные диалоги с близкими или знакомыми без конкретной на то темы. Часто поводом для разговора становится то, что они видят. Они обмениваются фото или случайными мыслями, придерживаясь принципа «что вижу, то и пою». Акыны пишут без начала и конца, не обременяя себя в сообщениях такими условностями, как «привет» или «пока».


Планшетные зомби — люди с устройствами в руках, застывшие в пространстве, как будто бы они шли куда-то, но потребность ответить на письмо в почте или проверить обновление застала их врасплох.

Могут медленно идти с планшетом в руках, напоминая зомби. Иногда забиваются в углы помещения и становятся похожими на покачивающийся на волнах планктон.

«Этот синяк я получил вчера в торговом центре, врезавшись лбом в планшетного зомби, — он уставился на свой Samsung прямо перед сходом с эскалатора».

Планшетные зомби могут создавать опасные ситуации в общественных местах, таких как метро или улица. Хотя некоторые пользователи заявляют, что могут проделать знакомый путь, уткнувшись в планшет и ни разу не взглянув на дорогу, без каких-либо сложностей, такой способ перемещения представляет опасность, как для окружающих, так и для самого человека. Человек, смотрящий в планшет и идущий по улице или метро, рискует столкнуться лбом с чем-нибудь твердым.


Facebook-душ (утренний Facebook) — явление, при котором сразу после утреннего пробуждения человек читает ленту Facebook.

Существует мнение, что такое поступление свежей информации поутру помогает мозгу проснуться. Так некоторые «заводят» свой мозг с самого утра чтением новостей или разрушением нескольких рядов шариков в компьютерной игрушке. Другие же считают, что это проявление информационной зависимости, и это действие нужно строго контролировать.

По данным исследования SOASTA 92% жителей Нью-Йорка начинают день с проверки смартфона. Чаще всего опрошенные открывают электронную почту (67%) и читают ленты Facebook (40%).

Разгадка подобного поведения, скорее всего, кроется в принципе удовольствия.

Человек получает удовольствие от действий других людей с его виртуальным профилем. Получается, что удовольствия вполне реальные, а действия в сети не требуют почти никаких затрат и энергии. Виртуальные «поглаживания» и отклики намного проще зарабатывать, чем получать их в социальном окружении, где люди намного требовательнее и не так охотно раздают комплименты.

Кроме того, причиной выхода в сеть с утра пораньше может являться желание завершить незаконченные действия, удочки которых пользователь закинул в сеть перед отходом ко сну.

Некоторые пользователи отмечают, что проверяет обновления ночью по дороге в туалет или на кухню. Такое поведение может означать то, что мозг человека не прекращает работу даже ночью, а сон им кажется довольно скучным занятием.

Практика

Если вы заметили за собой такое поведение, попробуйте завести себе новый утренний ритуал. В течение недели не бросайтесь с головой сразу, как проснетесь, проверять обновления. Замените проверку ленты на другие действия: зарядку, медитацию, стакан воды с лимоном. Проанализируйте, как меняются ваши ощущения и день.

Не кладите смарфтон или планшет рядом с собой перед отходом ко сну. Относите устройства в другую комнату или кладите их туда, докуда вы вряд ли дотянитесь рукой с кровати.


Овершерер (англ. oversharer) — человек, который в социальных сетях перебарщивает с количеством личной информации и степенью откровенности.

Так можно сказать о человеке, который публично делится интимными подробностями своей жизни или ее ошеломляющими деталями, что вызывает у других чувство неловкости, а иногда даже шокирует их.

Разумеется, болтуны были всегда, и люди бывают чересчур откровенны не только в социальных сетях. Но «овершерер» возник в первую очередь благодаря интернету. У овершерера в доступе одного клика вся аудитория сети. Можно писать, что угодно и когда угодно и не нужно искать уши, которые специально все выслушают.

Такого поведение может объясняться недостаточной воспитанностью человека или неуклюжей попыткой привлечь к себе внимание. С другой стороны, для кого-то овершеринг — способ показать другому человеку, как сильно он ему доверяет.

«Большинство пользователей начинает сообщать друг другу о том, что никому не нужно знать, просто потому, что у них есть такая возможность. Это напоминает поведение маленького ребенка, который говорит: „Мама, посмотри, я надел носок!“, — и постоянно нуждается в том, чтобы на него обратили внимание, потому что таким образом он получает подтверждение собственному существованию. Такое поведение ненормально для взрослого человека, прошедшего процесс социальной адаптации» Сьюзен Гринфилд, английский ученый, писатель и член Палаты Лордов

Зачастую как овершеры ведут себя новички в социальных сетях. Сеть создает ощущение квазиприватного пространства. Человек даже не задумывается о том, что его слова доступны во всем интернете, и их могут увидеть не только его подписчики. Подобное ощущение квазиприватного пространства мы можем наблюдать, например, у людей, которые разговаривают по телефону в общественном месте.

Практика

Признаки появления овершеринга можно найти и распознать у себя. Это постоянное обновление статусов только «о себе», желание поделиться деталями личной жизни, бесконечные селфи и потеря интереса ко всему, что не касается собственной личности.


Фаббинг — привычка отвлекаться на мобильные устройства вместо того, чтобы поддерживать разговор с собеседником.

Слово образовано от phone (телефон) и snubbing (форма глагола «snub» — относиться с пренебрежением, игнорировать). Понятие изобретено группой австралийских писателей и специалистов по лексикологии в рамках промо-кампании словаря «Macquarie Dictionary» при поддержке австралийского отделения рекламного агентства McCann.

Для популяризации проблемы была запущена кампания «Stop Phubbing», которая призывала людей уделять больше внимания живому общению. На сайте кампании приводится тревожная статистика:

«Если бы фаббинг был чумой, то эта болезнь уже унесла бы население равное шести Китаям. В среднем ресторане можно зафиксировать 36 случаев фаббинга за ужином. И это несмотря на то, что 97% процентов опрошенных заявляют, что во время фаббинга их еда становится значительно хуже на вкус. 87% процентов подростков предпочитают общаться посредством SMS или мессенджеров, нежели лицом к лицу».

Телефоны влияют на отношения людей даже тогда, когда устройства просто находятся рядом с собеседниками. Ученые из Эссекса обнаружили, что если люди ведут личный разговор и при этом их телефон находится в поле зрения (на столе или где-то поблизости), они меньше доверяют друг другу и меньше чувствуют эмпатию, чем те, у кого телефонов в поле зрения нет.

Практика

Фаббинг является тем элементом телефонного этикета, который резко портит ваш имидж в глазах окружающих. Консультанты по имиджу при работе с политиками особенное внимание уделяют телефонному этикету, — никакого фаббинга во время разговора. Необходимо обязательное предупреждение окружающих на важной встрече, если у вас возникла необходимость срочно позвонить или ответить на письмо.


Экран-вуайеризм — наблюдение за личной жизнью людей через подглядывание за их экранами в общественном транспорте, офисе или дома.

До изобретения смартфонов все было просто, — интимные мысли собирались в блокнот или дневник, в котором, как в пещере, пряталось все тайное или же обсуждались на кухне. Сейчас у каждого кухня — на экране смартфона. Куда ни бросишь взгляд, всюду частная жизнь.

При поездке в общественном транспорте взгляд наблюдателя невольно падает на экраны, где личная жизнь вывернута наизнанку. «Милый котик, скоро буду», — хозяйка смартфона набирает сообщение, а рядом посылают личное смс, сбоку лайкают, снизу бездумно тыкают в Secret. Подобную картину можно наблюдать и в офисе: человек невольно становится свидетелем личной жизни каждого встречного экрана, в глаза бросаются фейсбуки, скайпы, личные фотографии.

Является ли случайный взгляд на чужую частную жизнь на экране смартфона этическим нарушением? А является ли подобная открытость нарушением свободы сторонних наблюдателей? Прецеденты будущего, возможно, дадут ответы на эти вопросы.

No smartphone guy Что не так с этим парнем?

Я старею, юношеский задор постепенно начинает уступать место ностальгическому брюзжанию. Я помню момент, когда друг рассказал мне о посещённой им лекции. Тогда персональных компьютеров и сотовых телефонов ещё не было – да, такое время имело место быть. Я-то знаю, о чём говорю, ведь я родился в то время. Профессор на той лекции сказал: «В будущем будет два типа людей – технократы и техно-ретрограды». Ну, что ж, вот мы и в будущем (будущем, где нас оставили без ховербордов), и, как мне кажется, пророчество профессора сбылось. Я выбрал сторону техно-ретроградов, потому что я понял, что мир театра, «к которому я испытываю порочную тягу, словно пропащий забулдыга к своему зелью, заядлый игрок к азартным играм…», не будет подвержен технологической революции. Впрочем, я ошибался. Причиной тому стала та самая технологическая революция, которая избавилась от актёра и заменила его чудовищных размеров марионеткой, изменила сознание человека. Возможно, мы больше не способны правдиво отражать жизнь, как подобает актёру, но квантовый и интромир психолингвистики втаскивает нас за наше эго в омут крайнего нарциссизма, где нас рвут на части злобные и жестокие металлические акулы до тех пор, пока человеческие голоса цифрового детокса не разбудят нас и мы не «утонем».

Martin Cooke
Художественный руководитель, English Actors International